М. обратился в суд с иском к ПАО «Банк Уралсиб» о возмещении ущерба, причиненного хищением вклада в банке, взыскании компенсации морального вреда и штрафа. В обоснование иска М. указал, что 15 октября 2024 года между сторонами был заключен договор об открытии банковского вклада сроком на 367 дней с начислением процентов по вкладу в размере 19,33 % годовых. При оформлении вклада истец отказался от предоставления доступа к услуге «Сервис уведомлений» ввиду отсутствия у истца телефона или иного устройства, на которое возможно было бы установить программное приложение с интернет-сайта Банка.  8 октября 2025 года при посещении Банка истец узнал, что денежные средства, размещенные на вкладе, переведены на счет иного лица, а сам вклад закрыт. В этот же день истец написал заявление в полицию. Банк в ответ на претензии истца указал, что не несет ответственности за ущерб, возникший вследствие несанкционированного использования третьими лицами средств авторизации клиента. 

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 12 марта 2026 года исковые требования М. удовлетворены частично: с ПАО «Банк Уралсиб» в пользу истца взыскана сумма вклада и проценты, которые подлежали бы выплате по окончании срока вклада, в размере 1 406 672 рубля 70 копеек; убытки в виде неполученного дохода, который истец мог бы получить при заключении нового договора вклада путем размещения полученных при надлежащем выполнении ответчиком условий договора от 15 октября 2024 года денежных средств, в сумме 92 739 рублей; 10 000 рублей  в счет компенсации морального вреда, 29 066 рублей 73 копейки в возврат государственной пошлины, 1200 рублей в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг, штраф в размере 754 706 рублей 23 копеек. 

2 июня 2026 года судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда указанное решение оставила без изменения, а апелляционную жалобу ПАО «Банк Уралсиб»  без удовлетворения.

При рассмотрении дела было установлено, что М. до момента снятия денежных средств и закрытия вклада не пользовался дистанционным банковским обслуживанием Банка, при заключении договора вклада отказался от услуги «Сервис уведомлений», позволяющей направлять ему на указанный в заявлении номер мобильного телефона SMS-сообщения либо PUSH уведомления, что свидетельствовало о том, что он не мог получать от банка соответствующие уведомления  для регистрации в системе дистанционного банковского обслуживания и проведения операций по счету вклада и его закрытию. После расторжения договора вклада  от имени М. были совершены действия по перечислению денежных средств на различные счета, совершено множество покупок за непродолжительный  период с использованием открытого на его имя счета. 

Районный суд, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов и возражений сторон, обоснованно исходил из того, что обязанность по обеспечению недопущения несанкционированного доступа к системе осуществления переводов денежных средств лежит не только на клиенте, но и на Банке, который не принял достаточные меры по противодействию осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы Банка, использование номера счета и номера мобильного телефона, указанного в заявлении на заключение договора банковского вклада, не является достаточным для идентификации клиента, при наличии подозрительных операций, осуществленных от имени вкладчика.