Истец обратился в суд с иском к ООО «РСХБ-Страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования жизни недействительным, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование требований истец указал, что более 15 лет является клиентом АО «Россельхозбанк», где на вкладе хранил свои сбережения. При посещении отделения банка в декабре 2021 года по предложению сотрудника банка о выгодной доходности в размере 14 % годовых заключил оспариваемый договор сроком на два года, доверяя банковскому работнику и полагая, что размещает денежные средства на банковском вкладе под проценты, внес на счет 1 000 000 руб. По окончанию срока договора при обращении в банк выяснилось, что был заключен договор инвестиционного страхования жизни со страховой компанией ООО «РСХБ-Страхование». Сотрудник банка разъяснил, что внесенная сумма 1 000 000 руб. возврату не подлежит, поскольку является страховой премией, то есть оплатой за оказание услуги страхования, и по условиям договора положена выплата всего лишь в размере 12 000 руб. по факту дожития до окончания срока страхования, а инвестиционный доход отсутствует по причине международных санкций. Полагая, что при заключении договора был введен в заблуждение, истец обратился за судебной защитой.

Решением Гагаринского районного суда Смоленской области от 15 мая 2025 г. договор инвестиционного страхования жизни признан недействительным. Со страховой компании в пользу истца взыскано 988 000 руб. в возврат оплаты по договору, компенсация морального вреда в размере 5 000 руб. и штраф в размере 496 500 руб. за нарушение прав потребителя.

23 сентября 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда решение суда оставила без изменения, апелляционную жалобу страховой компании – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции согласился с решением суда, поскольку из дела следует, что, заключая оспариваемый договор, истец намерений вкладывать деньги в инвестиционные проекты не имел, обратившись в банк, а не в страховую компанию, желал разместить свои сбережения на банковском накопительном счете под проценты.

Судебная коллегия приняла во внимание пожилой возраст истца (73 года), отсутствие у него специальных познаний в области финансовых услуг и проведения операций на рынке ценных бумаг.

Не обладая достаточной информацией для правильного понимания сути заключаемой сделки, истец добросовестно заблуждался относительно ее природы, полагая, что им заключен договор банковского вклада, что является основанием для признания такой сделки недействительной.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания штрафа, предусмотренного Законом о защите прав потребителей РФ, судебная коллегия отклонила с учетом установленного по делу факта нарушения прав истца как потребителя, которому при заключении договора не предоставлена полная и достоверная информация о том, что предлагаемый сотрудником финансовый продукт не является банковским вкладом, не гарантирует получение дохода, а также не предусматривает возможность возврата гражданину внесенной суммы 1 000 000 руб., являющейся страховой премией. Отсутствие такой информации не позволило истцу осознать правовую природу сделки и последствия ее заключения.